В рамках Петербургского международного экономического форума, который проходил с 1 по 3 июня, нам удалось побеседовать с директором по тарифообразованию Сибирской генерирующей компании Екатериной Косоговой.

– Екатерина Андреевна, СГК очень серьёзные деньги вкладывает в теплоснабжение Рубцовска. Компания намерена вернуть суммы, вложенные в инвестиции, в течение 12 лет. На чём основана уверенность, что эти вложения действительно вернуться?

– Во-первых, с администрацией Алтайского края у нас сложились хорошие партнёрские отношения, которые позволяют ей доверять. Мы понимаем, что руководство края заинтересовано в развитии региона. Оно действительно хочет решить проблемы, которые возникли в сфере теплоснабжения. Мы видим желание и возможности их решить и, соответственно, доверяем властям края. Поскольку тарифное законодательство не до конца позволяет гарантировать возврат инвестиций, то здесь мы больше полагаемся на честное слово и Губернатора и его заместителей. Конечно, если будет принят законопроект об альтернативной котельной, наши гарантии обретут законную уверенность.

Разумеется, стараемся ещё с органом регулирования найти максимальные возможности для гарантированного возврата инвестиций. Так получилось, что Рубцовск в сфере теплоснабжения, как говорится, впереди планеты всей. Специалисты утверждают, что такого метода регулирования в системе теплоснабжения нет больше нигде. Администрация края и органы регулирования пошли нам навстречу и согласовали метод доходности инвестированного капитала. Это один из трех существующих методов регулирования, которые сейчас применяются законодательно. Но данный метод в теплоснабжении не применяется. Однако орган регулирования решил, что он может согласовать применение этого метода.

В чём его суть? Он позволяет заложить в тариф полный объём инвестиций, определить срок возврата капитала и доходность на капитал. Мы больше полугода работали с органами регулирования, с администрациями края, Рубцовска, чтобы избежать скачков. Формула позволяет сразу вырастить очень большой тариф, если её напрямую применять. Но так, как нам не нужен был никакой социальный взрыв, мы сразу обговаривали, какой размер тарифа нам будет достаточен для возврата капитала, то потом требовалось только всё это правильно уложить в формулу. Как только начинали законно применять формулу, происходил большой всплеск тарифов. Поэтому с согласия органа регулирования мы применили не прописанный законодательно метод сглаживания, чтобы растянуть во времени скачки и рост тарифов, чтобы это было приемлемо для потребителя. Сейчас мы ждём подписания концессионного соглашения, в котором будет прописан метод доходности инвестированного капитала. Исключительно  для Рубцовска и с целью гарантировать возврат инвестиций.

– Тариф, который был утвержден в Рубцовске, насколько сопоставим, например, с барнаульским?

– В Барнауле тариф составляет чуть выше 1400 рублей. В Рубцовске – 1638,1 рублей. (Эти тарифы начинают действовать с 1 июля). Однако следует учитывать тот факт, что Барнаул обеспечивают теплом две крупные ТЭЦ, а в Рубцовске работают котельные. А тариф котельных всегда чуть выше, чем тариф когенерации. Поэтому данный тариф для Рубцовска – реальный и справедливый. Мы увидели все сложности, связанные с инфраструктурой города. Однозначно, тяжёлая ситуация и с сетями водоканала, и те сети, которые мы взяли в обслуживание, тоже в плохом состоянии. Там тоже  большие потери тепла и большое число утечек. К тому же рельеф местности, близкое расположение грунтовых вод – всё это неблагоприятные факторы. Если брать все расходы по нормативам, то тариф может взлететь до огромных величин. Поэтому мы используем опыт работы в Барнауле, в других регионах, стараемся максимально укрупнять все свои подразделения, искать технологические решения, использовать единый центр закупок, и за счет этого оптимизировать свои расходы. Мы предполагаем, что за тот тариф, который с 1 июля установлен, можно наладить систему теплоснабжения в Рубцовске.

– Вы сказали, что период окупаемости составит 12 лет, а если сейчас заложить все расходы в тариф, чтобы сократить этот срок?

– Тогда рост тарифа составил бы даже не 100 процентов, а гораздо больше. Можно вернуть все инвестиции за два года, а потом резко снизить тариф, но только если население готово к такому варианту метода тарифного регулирования. Но это – то же самое, как, например, вносить каждый месяц взносы на капитальный ремонт, либо два раза сдать по 50 тысяч. Кому и как будет удобнее. В конечном счёте – это выбор населения. Но, к сожалению, законодательство не предполагает такого метода регулирования по выбору населения. К тому же нас интересует дальнейшая эксплуатация имущества, в которое мы вложились, и, соответственно возврат денег.

– Возможно ли снижение тарифа, и при каких условиях?

– Возможно. После срока окупаемости проекта. Мы берем концессию на определенное количество лет и после этого мы не гарантируем себе никакого тарифа. После окончания срока концессионного соглашения тариф будет считаться заново. Мы предполагаем, что независимо от того, с нами продлят концессионное соглашение после окончания срока действия или выставят на конкурс и заключат его с какой-то новой организацией, накопятся ещё какие-то моменты, которые тоже надо будет учитывать в тарифах – сами сети моложе не становятся. Мы их будем перекладывать в течение срока действия соглашения. Но вряд ли получится так, что всё обновлено и больше никуда никаких средств вкладывать не надо. Ремонтные работы останутся, так же, как и потребность для дальнейшего вложения инвестиций. Но мы готовы к тому, что окупаемость и тариф может быть снижен.

– Какой бы ни был тариф, его нужно ещё и собрать. Он может быть высоким, но вы его не соберёте. Как вы работаете с неплательщиками?

– Люди по большому счёту везде одинаковы. И большого, провального недосбора платежей с населения мы не видим. В основном люди добросовестные. Самая добросовестная категория населения – это пенсионеры. Вовремя платят люди среднего возраста. Мы сейчас отлаживаем работу по общению с населением на том уровне, на котором она была принята в СГК. Информируем, как заплатить, как получить отсрочку или рассрочку платежа. Мы прекрасно понимаем, что даже 10 рублей могут ударить по карману граждан, поэтому готовы оказывать консультационную помощь для того, чтобы население обращалось за поддержкой на получение субсидий.

– Не все управляющие компании своевременно рассчитываются с поставщиками услуг. Как на них можно повлиять?

– Законодательство сейчас позволяет переходить на прямые расчёты с населением, если управляющая компания не отличается добросовестностью. Но наш опыт показывает, что 90 процентов УК – добросовестные. И «дыра» у них возникает в силу объективных причин, с которыми мы совместно разбираемся.

– Генеральный директор СГК Михаил Кузнецов сказал о том, что проблема в случае принятия закона об альтернативной котельной кроется в деталях. О чём идет речь?

– Сам расчёт, так называемой, альтернативной котельной будет прописан в методике. Существует проект этой методики, который согласован со всеми органами власти. Но некоторые формулировки каждый может понимать по-разному. Поэтому могут быть двусмысленные методики формирования расчёта альтернативной котельной. Во-вторых, там есть такие параметры, которые надо будет заносить «вручную». И в этой ситуации не исключено влияние человеческого фактора. Также может варьироваться цена топлива. Но если цена газа регулируется, то цена угля может «плавать» в зависимости от способа доставки, от того, какая у него калорийность. И конечно, тот калькулятор, который хочет сделать министерство энергетики, еще до введения альтернативной котельной, он поможет выявить такие недочёты. Ну и основная проблема – в том, что расчёт цены альтернативной котельной может получиться таковым, что она ужаснёт. Объективно получится, что в каком-то месте, в горной, например, местности, цена за одну Гкал получится до 30 тысяч рублей. В этом случае мы просили, чтобы нам позволили продавать тепловую энергию по цене, установленной в результате соглашения с администрацией города, субъекта и нами – фиксированной, с определённым уровнем коэффициента. Деталей очень много, но, думаю, во второй половине 2017-го – первой половине 2018 года отрегулируем все возможные спорные моменты в законодательстве. Несмотря ни на что в данной модели гораздо меньше возможности «подкрутить», нежели в текущей модели регулирования. Альтернативная котельная – это программное обеспечение, где уже «зашиты» все формулы каждого расчёта и нужно подобрать только значение.

– Вам никто не помешает в принятии этого закона?

– Нет. Даже органы регулирования будут только «за». Все устали от того, что у нас настолько расплывчатое законодательство, которое заставляет ходить по грани. Органы регулирования  десятилетиями делали свои расчёты и считали их экономически обоснованными, но они вполне могут оказаться незаконными, если привести другие примеры. И РЭКи от этого устали. Мы же возим им «Газели» документов, которые они аккуратно складируют. Понятно, что у них даже физически нет такого количества специалистов, чтобы всё это посмотреть. Через три-пять лет помогаем им, эти же документы вывозить «КамАЗами» для уничтожения.

Вы, наверное, знаете, что Рубцовск – проблемный город, вы прогнозируете реакцию жителей, когда они получат квитанции с новыми тарифами в августе и потом, когда начнётся отопительный сезон?

– Город Рубцовск знает вся страна. Закон об альтернативной котельной по-другому называют: закон имени Рубцовска. Мы понимаем, насколько люди будут недовольны, что долги сразу возрастут. Мы представляем реакцию населения. На наш взгляд здесь важна правильная разъяснительная работа с гражданами. Нужно убедить людей, что это разовая мера, без которой сейчас не обойтись. Если не заниматься системой теплоснабжения, потом можно перейти в каждой отдельной квартире на печное отопление и это не будет дешевле. Мы надеемся на понимание людей в этой ситуации.

Подготовила Елена АРИНКИНА, фото автора

- Реклама -