В материнском сердце места хватит всем

183
Фото Вера Брюханова / Местное время

В настоящее время в Российской Федерации семейное устройство детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, признано приоритетным. В любом госучреждении, каким бы хорошим оно ни было, ребенок чувствует себя одиноко. Воспитатели не в состоянии позволить себе выделять кого-то, они должны заботиться обо всех одинаково. Постепенно, не имея возможности участвовать в жизни семьи, пусть даже неродной, ребенок привыкает, что в его судьбе от него ничего не зависит, и часто ощущает себя беспомощным и ненужным. Выходом из этой непростой ситуации является воспитание ребенка в замещающей семье.

Пример такой большой, дружной семьи есть и в нашем Рубцовске. Валентина Зубенко и сама родилась и выросла в многодетной семье, где воспитывались четверо детей. Училась, работала и всегда мечтала о том же – чтобы дома ждала большая, дружная семья. С мужем разошлась, единственная дочь уже совсем взрослая…

Однажды во время работы к ней подошли сотрудники из опеки, проводившие мероприятие по работе с населением. Рассказали о том, как много в нашем городе детей, оставшихся без родителей. Валентина задумалась и, придя домой, обратилась за советом к родным:

– Они сразу сказали – дело твоё, жизнь твоя. Мы поможем, если что. Тогда решилась. Смотрели, подбирали по программе «Счастливое детство». Взяла ребятишек из Бийска и Кемеровской области. По телевизору говорят, что вот, бывают чужие дети или случаи, когда не сложилась опека… Но это неправильно – они не чужие, они родные! Просто к каждому нужен свой подход. Конечно, многое зависит от службы опеки, но в нашем городе очень хорошие сотрудники, всегда выслушают, помогут, подскажут. Когда у детей переходный возраст, иногда нужен совет, и сотрудники всегда отзываются на любую ситуацию. Объясняют, раскладывают по полочкам. Действительно дают возможность детям ощутить себя нужными и любимыми, чтобы они знали, как это – быть частью одной семьи, где тебя уважают и заботятся… Дети ведь не виноваты, что так получилось, верно? У каждого своя ситуация. И тут, конечно, от органов опеки очень многое зависит. Многие дети хотят в семьи, и нужно подобрать им таких опекунов, чтобы прошла искра, случился контакт, и дети захотели остаться.

Женщина рассказывает, как ездила знакомиться с будущими членами своей семьи, как ребята приезжали к ней на гостевую опеку. И после нескольких дней все оставались.

– Со мной на контакт пошли сразу, – вспоминает Валентина. – Я им объясняла, что у меня есть ещё дети, они знакомились. Говорила, что вы теперь одна семья, надо друг друга уважать и помогать. Если хотите остаться и быть с нами, надо жить дружно. Никто не знает, что с нами будет и было бы, у каждого есть своя история и трагедия. Ребёнок попал в детский дом не по своей вине, но сейчас мы можем быть все вместе, а значит, надо друг друга любить и уважать, понимать.

Сейчас в семье Зубенко восемь детей – старшая дочь уже замужем, живёт отдельно, и семь – «свои», как говорит женщина. Не приёмные, а самые родные. Данилу и Алексею 15 лет, Богдану 11, Александру и Алисе по 10, Шуре  9 и самому младшему Матвею 5 лет.

Порядки в доме строгие, но справедливые. Дети знают, что старших нужно уважать и слушаться.

 – Понимают, что с матерью можно покапризничать, посекретничать, но старший в доме – это дед, – объясняет Валентина с улыбкой. – Его слушаются беспрекословно, как и дядю, моего старшего брата. Со школой тоже всё строго – уроки должны быть сделаны аккуратно, вовремя, а не как они сами захотят. Если они что-то не понимают, я им помогаю. Стихи учим, правила, разбираемся вместе. Даже онлайн-уроки смотрим. Старшие младшим тоже стараются объяснить что-то, подсказать.

Старшие сыновья занимаются спортом, ходят в секцию по борьбе. Они же защитники всё-таки. Это им самим в дальнейшем пригодится. А девочки хотят записаться на танцы, но сейчас многие кружки не работают из-за пандемии, так что ждём весну.

В семье считают, что дети должны добиться в жизни чего-то сами, чтобы они поставили себе цель и шли к ней, стремились куда-то. Дети должны чувствовать, что у них есть шанс на новую жизнь, чтобы руки не опускать и добиваться своего. А взрослые им помогают, все родственники Валентины считают детей своими. Каждый вечер, собираясь вместе, женщина обязательно спрашивает каждого: «Как прошёл сегодня твой день?».

– Главное, показать детям, что тебе интересны их проблемы, что ты реально можешь им помочь. Сначала они рассказывают с недоверием, проверяя – слушаешь ли ты их. А потом, видя, что ты заинтересован, все больше и больше. Они начинают доверять, идут на контакт, раскрываются.

Зубенко живут в частном секторе, и все дети – помощники по хозяйству, кто как может.

– Старший сын сразу сказал: «Мама, тебе надо взять девочку, чтобы она тебе помогала». И когда взяли Шуру, он ее сразу предупредил, что она будет помогать маме. Я работаю, дома пеку и варю, готовлю, убираю, но они обязательно помогают, когда не успеваю. Стоит только сказать, что нужно сделать – и всё, только и слышу: мы то сделали, это сделали, мы молодцы. Они очень ответственные. И сноха – брата жена – приходит на помощь, у нас с этим хорошо, все готовы помочь.

В плане воспитания приоритетом в этом доме считается уважение старших. И только поступившим в семью детям сразу объясняют, что, если младший что-то сделал, напроказничал, старший не должен его наказывать, нужно обратиться к старшему в доме, а самому нельзя распускать руки. Старшие чётко знают, что маленьких трогать нельзя.

– Между собой иногда спорят, но не сильно, ибо страшная кара отобрать телефоны действует безотказно, – смеётся женщина. –  Они тогда походят-походят, о поведении своём подумают и потом: «Мам, прости, мы больше так не будем».

Радость для каждой опекающей семьи, когда дети просят усыновить их. Случилось так и у Валентины:

– Саша, когда пошёл в первый класс, попросил, чтобы его усыновили, чтобы в школе ничего не знали. Дети ведь разные бывают, вдруг разговоры пойдут, начнут дразнить или обижать. Сказал: «Хочу быть под твоей фамилией, чтобы не знали, что я не родной». Я оформила документы. И вот недавно старший сын захотел поговорить, попросил тоже усыновление. Я встревожилась и спрашиваю: «Ты что, чувствуешь себя чужим?».  А он: «Нет, хочу, чтобы, когда поступать пойду после девятого класса, носить твою фамилию, не быть под чужой».

 Женщина отводит заблестевшие от слёз глаза и с улыбкой говорит:

 – Сейчас уже и остальные хотят усыновление, скоро будем собирать документы заново. Наверное, это значит, что я заслужила уважение, ведь ребёнок просто так не попросит, чтобы его усыновили, верно?